Программа для родителей

Материал 1.

ВОСПИТАННАЯ СОЗАВИСИМОСТЬ

Склонность к созависимости люди нередко получают из-за соответствующего воспитания в семье. Вспомним поэтому свое детство и семью, в которой мы выросли, чтобы, возможно, увидеть корни своей созависимости. Мы, конечно, не собираемся здесь критиковать своих родителей и их методы воспитания – они сделали лучшее, что сами могли, и уже все сделали. Теперь пришло время действовать нам, но так, чтобы не воспроизводить созависимость в своей семье, если она была в нашем детстве.

Созависимость – это, прежде всего, сверх-ответственность и без-ответственность одновременно. 

    • Если в вашем детстве над вами было неусыпное око бабушки или мамы, контролирующее каждый ваш шаг;
    • если вам не давали ошибаться (разбивать коленки, промочить ноги и получать двойки) без ужаса на лице родителей;
    • если ваша промашка становилась причиной их боли, и вам  не давали исправить дело, а вместо этого стыдили: «смотри, как папа переживает!»;
    • если вы видели, что вас любят за пятерки или ласку, и отвергают за двойки и самостоятельность: «в нашей семье такого не может быть!»;  
    • если вам не разрешалось плакать и бояться, и говорили: «не хнычь, хватит жалеть себя!»;
    • если в семье были секреты, о которых нельзя было говорить внутри семьи: «Бабушка, а...?» – «Милая, папа просто устал!» 

и кое-что другое – тогда, наверное, расположенность к созависимости вы принесли из родительской семьи. Я перечислила наугад только некоторые  характерные признаки созависимых отношений детей и родителей, есть и другие. Позже мы поговорим об этом поподробнее, но сейчас нам важно понять, чему «созависимому» мы научились в родительской семье? Потому что жизненные принципы и правила, воспитанные в детстве, с трудом подвергаются  критике во взрослом возрасте, они «по умолчанию» считаются правильными: «меня мама так учила!». Но не все, чему мама учила, стоит применять теперь на практике. Она живой человек, и могла ошибаться. 

Есть еще культурная предрасположенность к созависимости, связанная с уродливым выпячиванием, «перекармливанием» некоторых элементов религиозной традиции, в том числе христианской.  Например, единство в любви к Богу: «да будут все едино...» становится слиянием ребенка с родителем, будто пуповина еще в действии. Личность ребенка развивается однобоко, так как «другой бок» заполнен мамой или отцом. В 5 лет эта дочка спала с мамой в одной кровати и не засыпала, пока  та не согревала ее. В  16 лет мама наставляла: «ты все мне рассказывай, смотри ничего не скрывай, мы же родные люди».  В 30 лет дочка все еще боится выйти замуж – «а как же я маму оставлю, это предательство!». Или, например, забота о ближнем в созависимости преобразуется в ценности становятся инструментом манипуляций, и тогда перестают быть христианством, становясь его  противоположностью: эгоцентризмом, злобой и фарисейством. 

Часто развитие созависимости связано именно с несостоявшимся психологическим отделением ребенка от матери в возрасте 2-3 лет. Теми людьми, у которых эта стадия завершается успешно, впоследствии не могут целиком управлять другие люди или обстоятельства. У них есть достаточно целостное представление о себе. Поэтому, находясь в близких отношениях с людьми, они не теряют это чувство своей личности, не «просачиваются» в других, нарушая их личностные границы, и защищают себя от слияния с другим человеком. Они не теряют представления о себе, когда их критикуют – и потому, хоть и без особой радости, но все же могут слушать критику в свой адрес и не разрушаться при этом, не думают: «я – никто».  Они могут просить и принимать помощь, не чувствуя себя униженными или обязанными. Если же отделение произошло недостаточно полно, незавершенность этой важной стадии в развитии ребенка может лишить его осознавания самого себя, заставить вести замкнутую жизнь, в которой будет много страха, неискренности и зависимости.